Документальная история усадьбы начинается в 1828 году. В составленной тогда Квартальной книге Архангельска усадебный участок на пересечении Большой Мещанской и Садковской (в конце XIX века соответственно Псковского проспекта и Пинежской улицы, а ныне проспекта Чумбарово-Лучинского и улицы Серафимовича) показан как владение мещанина Ст. Кузнецова. Затем участок переходил из рук в руки до тех пор, пока крестьянка Мария Тимофеевна Куницына не построила там дом. По окончании строительства в августе 1910 года хозяйка еще несколько раз обращалась в Городскую управу за разрешением на возведение необходимых служб: деревянного каретника и ледника. В небольшом каретнике Куницыных находился также хлев для коров, помещение для хранения сена и жилое помещение, которое было приспособлено под торговую лавку...
На переднем плане боковой фасад усадьбы М. Т. Куницыной
История семьи Куницыных отражает демографические процессы конца XIX — нач. XX вв., когда с развитием лесопильной промышленности произошел резкий приток в город сельских жителей, составивших основную рабочую силу лесопильной промышленности.
Мария Тимофеевна Куницына (урожденная Труфанова) происходила из зажиточной семьи поморского селения Шуя. Ее муж — Иван Алексеевич был родом из пригородной деревни Заостровье, с 13 лет работал чернорабочим на лесопильном заводе товарищества «Русанов и сыновья» в Ковде, позднее — управляющим на лесопильном заводе Фонтейнеса в Маймаксе. В семье Куницыных родились пятеро детей.
Мария Тимофеевна и Иван Алексеевич Куницыны. Нач. 20 века
Дом Куницыных — одноэтажный, многокомнатный, ориентированный на нужды большой семьи; с коридорной планировкой, включающей шесть комнат, прихожую, кухню и две кладовые. Зала и кабинет выходят окнами на лицевой фасад дома.
Другие помещения: столовая, спальня, детская и комната сестры И. А. Куницына — Надежды Алексеевны, которая вела хозяйство и занималась воспитанием детей после смерти М. Т. Куницыной в 1914 году.
Большинство парадных и жилых помещений были изолированы. Сообщались только детская и комната няни, а в кабинет можно было попасть лишь через зал. В коридоре хозяйственной части дома располагалась лестница на мезонин, где были устроены жилая комната с прихожей и ванная.
По свидетельству родственников и знакомых, в обстановке дома семьи Куницыных была мебель из ценных пород дерева, мягкие диваны и кресла, фортепиано, картины и дорогая посуда.
Комнаты освещались подвесными керосиновыми лампами или электрическими люстрами, бра, настольными лампами. В интерьере каждого дома в начале XX века продолжали оставаться свечи в латунных, бронзовых или серебряных подсвечниках.
Украшением парадных помещений были цветы. Комнатные цветы в интерьере жилого дома появились в 30–60-е гг. XIX в. и с тех пор стали принадлежностью даже самых скромных интерьеров. На снимках, включающих внутреннее убранство домов архангелогородцев, можно увидеть фикусы, пальмы, монстеры, олеандры, розы и герани.
Интерьер усадебного дома во множестве украшали посуда, бытовые предметы и различные вещицы, привозимые из-за границы и свидетельствующие об Архангельске как городе — международном торговом порте. Практически в каждом архангельском доме можно было встретить атрибуты кофейной церемонии, и не только заграничные, но и отечественные, что свидетельствовало об укоренившейся привычке кофепития в северном городе. О довольно высокой культуре архангелогородцев говорит и наличие в домах значительного количества европейских музыкальных инструментов: фортепиано и фисгармоний.
Черты Архангельска как северного портового города также нашли свое отражение в декоре: в усадьбе можно увидеть барометр, помещенный на самое почетное место в кабинете, картины и фотографии морской тематики.
Важное значение в художественном оформлении интерьера имеет отделка потолка, стен, пола и печей. Потолки всех жилых помещений и части коридора в доме Куницыных были оштукатурены, а стены оклеены светлыми обоями в стиле модерн. Кухня и примыкающая к ней часть коридора оббиты досками, обмазаны и побелены известковым раствором. Полы всех помещений были покрашены и в светло-коричневый цвет, и лишь в детской комнате они были зеленые. Окна и двери окрашены в серовато-белый и белый цвета, печи-голландки — в кремовый, белый, «под мрамор» или просто обмазаны и побелены известковым раствором так же, как и русская печь с плитой и котлом в кухне.
У тех архангелогородцев, кому это позволяли размеры земельного участка, появлялся и свой собственный садик. Деревья в городе не вырубали и не подрезали. Разросшиеся повсюду тополя забирали много света, зато Архангельск был зеленым. Кроме тополей, сажали березу, лиственницу, дикую яблоню... О высоком социальном статусе семьи можно было судить по редкостным деревьям возле дома. Боковой фасад усадьбы украшали липы, посаженные хозяевами дома...
В 2007 году старинная усадьба Куницыных открыла двери как городской музейный комплекс музея-заповедника «Малые Корелы». Реконструкция усадьбы была произведена специалистами музея на своем историческом месте. При строительстве сохранены размеры окон, дверей, высота потолков, расположение комнат, воспроизведены даже самые мелкие архитектурные детали здания. Можно любоваться резными фризами, наличниками, узорчатыми консолями, опоясывающими дом по всему периметру, крыльцом дома, балкончиком с видом на Северную Двину, балкончиком-террасой. Раструбы водосточных труб украшены затейливыми узорами, характерными для домов начала XX века...
ИСТОЧНИК:
Большакова, О. В. Усадьба: помнить прошлое, стремиться в будущее / Большакова О. В. // Городские купеческие усадьбы конца XIX — начала XX века : сборник научных статей по материалам конференции «Городская усадьба. Вчера. Сегодня. Завтра», 16–17 октября 2024 года, [г. Архангельск]. — Архангельск, 2025 (Северодвинск : Северодвинская типография). — С. 118–124 : фот. — Библиогр. в примеч. в конце ст.
